Два вечера — пять симфоний и скрипичный концерт
Сводный коллектив Мариинки и ГАБТа под началом Валерия Гергиева даст два концерта в «Зарядье» 12 и 13 октября. Повод — 120-летие Дмитрия Шостаковича. В первый вечер прозвучат Тринадцатая и Четырнадцатая симфонии. Во второй — Второй скрипичный концерт, Двенадцатая и Пятнадцатая симфонии. Как сообщает телеграм-канал Большого театра, солировать будут Ирина Чурилова (сопрано), Юрий Воробьёв и Михаил Петренко (басы), а также Павел Милюков (скрипка).
Тринадцатая: запрещённая партитура
Вечер 12 октября откроет Тринадцатая симфония. Её толчком стало стихотворение Евгения Евтушенко «Бабий Яр», получившее мировую известность. Шостакович добавил к нему другие тексты поэта и выстроил пятичастную симфонию для баса, хора басов и оркестра. Сочинение попало под негласный запрет: Евгений Мравинский, обычно дирижировавший премьерами симфоний композитора, на сей раз отказался, а ведущие солисты опасались брать партию баса. В этой музыке Шостакович стремился к предельной конкретности слова и звука — и это стало актом исключительного мужества.
Во втором отделении — Симфония №14 для сопрано, баса и струнных. Её партитура вдохновлена вокальным циклом Модеста Мусоргского «Песни и пляски смерти», который Шостакович оркестровал летом 1962 года. Крупный симфонический опус, целиком посвящённый теме смерти, был беспрецедентным для официальной советской культуры — композитор это понимал. Он посвятил симфонию Бенджамину Бриттену и подчёркивал, что идёт по стопам Мусоргского, озвучивая не примирение с небытием, а протест против него.
Второй концерт и Двенадцатая: от камерной сдержанности к историческому масштабу
13 октября откроет Второй скрипичный концерт. Сочинение создавалось как приношение к юбилею Давида Ойстраха, с которым композитора связывала многолетняя дружба. Партитура стала последним опытом Шостаковича в жанре инструментального концерта и образцом позднего стиля: на место виртуозности и артистической яркости пришла строгая экономия средств, многомерная оркестровая палитра сменилась камерной сдержанностью звучания.
Далее — Двенадцатая симфония. Композитор задумал произведение памяти Владимира Ленина ещё в 1924 году, однако лишь в 1960 году вернулся к давней мечте. В Двенадцатой Шостакович почти не прибегает к прямому цитированию революционных песен, но аллюзии на интонации подлинных маршей, гимнов и народных песен сообщают музыкальной мысли историческую достоверность. С присущей ему серьёзностью композитор берётся передать масштаб переломного момента истории через напряжение, нарастающее от части к части, через контрасты лирических и героических эпизодов.
Пятнадцатая: «весёленькая симфония» на пороге небытия
Вечер завершит Пятнадцатая симфония — последнее симфоническое произведение Шостаковича. «Я хочу написать весёленькую симфонию», — сказал композитор Борису Тищенко в начале 1971 года. Время было отнюдь не радостным: Шостакович тяжело болел. И всё же работа над партитурой шла стремительно. Композитор признавался, что работал «до слёз», и что это сочинение, в отличие от многих других, было ему «предельно ясно от первой ноты до последней».
Пятнадцатая — загадочное произведение, полное шифров, не поддающихся однозначному толкованию. В первой части звучит мелодия из увертюры к опере «Вильгельм Телль» Джоаккино Россини, в финале — лейтмотив судьбы из «Кольца нибелунга» Рихарда Вагнера. В ткань вплетены реминисценции из собственной музыки Шостаковича, в том числе «тема нашествия» из Седьмой симфонии. Борис Тищенко так охарактеризовал её замысел: «Удивительная концепция: от баловства в музыке, шутки — к постижению самых сокровенных тайн мироздания».
Что это значит
Для слушателя эти два вечера — редкая возможность услышать подряд сочинения, в которых Шостакович говорит о самом трудном: о смерти, о памяти, о насилии и о свободе. Сводный оркестр двух главных театров страны под управлением Гергиева обещает масштаб, доступный не каждому филармоническому вечеру. Последние билеты, по данным Большого театра, ещё в продаже.
Источник: Telegram: Большой театр
Комментарии 6